2 Июля 2014
Источник Столица

Вступил в силу закон о потребительском кредите. Депутаты защитят права заемщика?

ДМИТРИЕВ: Добрый день, уважаемые радиослушатели, в эфире «Столицы FM» программа «Сухой остаток», меня зовут Олег Дмитриев. Сегодня мы будем обсуждать вступивший в силу буквально вчера закон о потребительском кредите, о том, сможем ли мы вновь говорить о том, что права заемщика защищаются.

Представляю гостя: сегодня в студии Виктор Климов, депутат Государственной Думы Российской Федерации, заместитель председателя комитета Государственной Думы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству. Виктор Владимирович, добрый день.

КЛИМОВ: Добрый день.

ДМИТРИЕВ: Уважаемые слушатели, присоединяйтесь к нашей беседе! Задавайте свои вопросы, делитесь собственными мыслями по поводу заявленной сегодня темы. Я напомню для вас, что телефон прямого эфира – 90-90-99-6 (код Москвы – 495), и есть также Интернет-ресурс, адрес которого stolica.fm.

Ну что ж, «закон «О потребительском кредите (займе)», направленный на защиту прав заемщика, вступил в силу 1 июля. Его действие распространяется не только на кредитные, но и на микрофинансовые организации (МФО). Закон существенно меняет условия кредитования физлиц и ограничивает банки и МФО в применении непрозрачных и малопонятных схем кредитования».

Ну, это выдержка из средств массовой информации, и основные идеи мы должны с вами, Виктор, наверное, более подробно обсудить. Что же изменилось и с точки зрения кредитной организации, и с точки зрения заемщика теперь уже с 1 июля?

КЛИМОВ: Да, действительно, вчера вступил в силу закон, который был принят полгода назад, и к его вступлению, соответственно, участники рынка, и банки, и микрофинансовые организации, должны были подготовиться. Потому что закон в пользу потребителя, в пользу заемщика налагает, в общем-то, довольно существенные ограничения на весь вот этот цикл работы, начиная от информирования, то есть от момента, когда кредитная организация предлагает свой продукт, собственно процесс заключения договора и действия организации по исполнению этого договора.

ДМИТРИЕВ: В процессе.

КЛИМОВ: Да. Вот во всех этих стадиях появились достаточно серьезные нормы, правила и ограничения. Ну, давайте попробуем сейчас, наверное, простым и понятным для людей языком поговорить и рассказать о том, что они значат для конкретного потребителя, для людей, которые обращаются за заемными деньгами.

Наверное, первое, может быть, не по значимости, но проблема, о которой больше всего говорили и говорят в связи вот с защитой прав заемщика, – это проблема того, что деньги предлагают под один процент, а когда заключен договор, оказывается, что там где-то мелким шрифтом что-то вписано…

ДМИТРИЕВ: Да-да-да.

КЛИМОВ: …И оказывается, что реальная стоимость этих денег, реальные платежи, которые гражданин потом должен платить, они существенно выше. Это первая проблема, и собственно с решения этой проблемы, наверное, давайте начнем. В соответствии с требованиями нового закона надо сказать про две вещи в этой части. Первое – это про информирование.

Прямо в законе установлены довольно четкие требования к тому, каким образом потребитель должен информироваться о существенных условиях договора и в первую очередь, естественно, вот об этой полной стоимости кредита. В законе прописано, что в специальной рамочке на первой странице договора крупным шрифтом должна быть указана полная стоимость кредита. Вот это очень важно. То есть уже сегодня люди, которые идут в банк, заключают там договора, они имеют право требовать того, чтобы у них договор был вот с такими опознавательными знаками, с такой информацией.

ДМИТРИЕВ: То есть закон устанавливает некую новую форму, да.

КЛИМОВ: При этом есть порядок, который определяет, что включается в полную стоимость кредита, то есть что может быть включено внутрь в качестве обязательных условий договора, и что может быть как дополнительные платежи за какие-то дополнительные услуги предложено только в качестве индивидуальных условий. Чем отличаются общие условия от индивидуальных в данном случае? Тем, что когда предложены индивидуальные условия потребителю, он имеет право от них отказаться, и кредитная организация, банк или микрофинансовая организация, должны, соответственно, предложить альтернативу.

ДМИТРИЕВ: Уважаемые слушатели, я хочу два слова буквально сказать, прерываю я Виктора.

Действительно, может быть, кто-то из вас уже непосредственно вчера или сегодня обращался вновь за кредитом. Видели ли вы новую форму договора, вот эту рамочку видели ли вы? Ну и, вообще, как теперь происходит процесс заключения договора? Это интересно.

Продолжайте, пожалуйста.

КЛИМОВ: Да, это такой первый момент.

Второй, наверное, важный момент, который также касается вот этой процентной ставки, который также достаточно широко обсуждается, ну, наверное, не в отношении банков, а больше в отношении других участников этого рынка кредитования, более мелких, – это высокие ставки. И, соответственно, законом введен новый порядок, при котором Центральный банк Российской Федерации ежеквартально по определенным видам продуктов публикует средние значения вот этих вот кредитных ставок. И, соответственно, договор определяет, что предложение каждой конкретной кредитной организации не может превышать вот это среднее значение более чем на треть. Это, в общем, такой тоже ограничитель, который на рынке ставят для откровенно ростовщических каких-то процентов. В общем, такая вот преграда.

ДМИТРИЕВ: Насколько я помню, это один из камней преткновения, да? Мы говорили о том, что после принятия этого закона еще пытались обсуждать прежде всего именно полную стоимость кредита так называемую.

КЛИМОВ: Ну, чтобы было понятно, и в настоящий момент продолжается ее обсуждение. Вчера в Государственной Думе в первом чтении был принят закон, который вносит некие поправки. Но это не вопрос того, что мы куда-то убираем…

ДМИТРИЕВ: Возвращаемся.

КЛИМОВ: …Или возвращаемся, да, а вопрос того, что делаем вот эту полную стоимость кредита, которая будет указана в договоре, которую банк, кредитная организация, там, микрофинансовая организация должны указать – делаем ее расчет по несколько иной формуле, которая более… ну, что ли, адекватна и более соответствует вот российской действительности, российским условиям кредитования. Потому что предыдущая формула – это, скажем так, некий аналог европейской модели, которая при этом исключает займы, там, маленькие, займы на короткий срок. А когда в российской действительности эту полную стоимость пытались посчитать, особенно в отношении микрофинансовых организаций, там оказались десятки тысяч процентов, которые реально просто дезориентируют потребителя и, в общем, создают некое вот… первое – это будет непонимание и отторжение, а потом будет безразличие. То есть люди перестанут смотреть на эти формулы, и это будет означать, что они по-прежнему не будут информированы о том, сколько они на самом деле должны.

Здесь есть важный момент, который, на мой взгляд, является на сегодняшний день проблемным, вот с этой частью связанный. Проблема в том, что эта самая формула, эта полная стоимость кредита – формула довольно сложная. И вот простому гражданину, ну, в общем, навскидку разобраться, с листа, что называется, довольно проблематично. Поэтому здесь очень важно, чтобы люди как-то внимательно подходили к оценке этой ситуации, ну и, соответственно, здесь необходим надзор, соответствующий регулятор должен эту ситуацию контролировать.

Есть еще какие-то вещи, которые, на мой взгляд, очень важны, о которых тоже нужно говорить, которые, безусловно, тоже в пользу потребителя. Ну, в целом, если так вот концептуально, вот этот договор потребительского кредита он, с одной стороны, защищает потребителя, с другой стороны, ну, так, некая его идеология – он охлаждает этот рынок потребительского кредитования. Даже говорят о том, что предложен некий обязательный период охлаждения вот в договоре. То есть сегодня все это приведено в соответствие с законом «О защите прав потребителей», когда в течение двух недель, 14 дней, заемщик может, так же, как и по закону «О защите прав потребителей» в отношении любого другого товара, отказаться от кредита без всяких дополнительных условий…

ДМИТРИЕВ: Выплат.

КЛИМОВ: …Да, выплат. Заплатить он должен будет только проценты за пользование деньгами вот ровно за этот срок, за эти вот там несколько дней, которые он думал. И если он вдруг принял решение, что эти деньги ему не подходят, по каким-то причинам посчитал, что он не может пользоваться этим кредитом, то он может вернуть его без всяких штрафных санкций. Знаете, как сейчас, да? Если возвращаешь досрочно, то не раньше, чем через 3 месяца или, там, не раньше, чем через полгода. А если раньше, то, там…

ДМИТРИЕВ: Доплати.

КЛИМОВ: Да. Ну и так далее. И вот эти все условия сегодня урегулированы в пользу потребителя.

Еще один важный момент, о котором тоже нужно говорить, – это порядок расчета, порядок обслуживания, когда идет процесс исполнения договора. Одна из проблем тут, которая тоже достаточно широко обсуждалась, с которой сталкивался потребитель, – это проблема, касающаяся того, что порядок списания штрафных санкций, например, в случае их образования, если была какая-то просрочка, он был не произвольным, но часто не в пользу потребителя. То есть иногда случались ситуации, когда человек, сделав очередной платеж, не подозревал, что из этого платежа часть средств пошла на погашение…

ДМИТРИЕВ: Задолженности какой-то.

КЛИМОВ: …Задолженности и уплату штрафных санкций, пеней, и следующий платеж оказался тоже неполным.

ДМИТРИЕВ: Совершенно верно. И начинает расти долг.

КЛИМОВ: Да, и начинается эта вот история с увеличением долга, с просрочкой и так далее. Сейчас эта процедура четко урегулирована, обозначен четкий и понятный порядок, банк не имеет права производить такого рода действия. То есть законом все достаточно однозначно определено.

ДМИТРИЕВ: А вот если, Виктор, говорить более подробно вот об этой неловкой ситуации, когда, действительно, кто-то из заемщиков по какой-то причине не понимает, как списываются возвращаемые им банку деньги: банк обязан уведомлять заемщика? Очевидно, что если один платеж, второй платеж, долг начинает расти…

КЛИМОВ: Сегодня эта проблема снята в том смысле, что законом устанавливается определенная последовательность, в данном случае банк ее менять не может. Она четко определена. То есть сначала это задолженность по процентам, потом задолженность по основному долгу, потом неустойки, проценты и так далее. То есть сегодня для кредитной организации, исполняющей закон, порядок определен. И для потребителя, для заемщика этот процесс стал совершенно прозрачным.

Если в целом говорить о вот этих сложных ситуациях, которые связаны с… как вы назвали их, неловкие ситуации, когда образовалась просроченная задолженность, когда… Ну, не все кредиты заканчиваются благополучно. То есть когда мы понимаем, что кредит получен, кредит регулярно обслуживается и выплачивается, в конце кредит завершен – все счастливы…

ДМИТРИЕВ: Да, все довольны.

КЛИМОВ: …Да, проблемы никакой не возникает, и это хорошо. Но, к сожалению, по совершенно разным причинам, часто не очень зависящим от заемщика, в связи, там, с потерей работы, в связи с какими-то там изменениями, в связи с какими-то событиями в жизни, бывают ситуации, когда образуются задолженности. И вот здесь тоже очень важно, чтобы этот вопрос работы вот с этой просроченной задолженностью тоже был таким… ну, урегулированным, понятным и прозрачным.

Если мы говорим сегодня про закон «О потребительском кредите (займе)», процедура взыскания, которое производит либо сама кредитная организация, либо происходит взыскание, переданное в коллекторскую организацию, ограничена, на мой взгляд, минимально. То есть существует запрет на, там, звонки в ночное время, в выходные и в праздничные дни, на количество каких-то коммуникаций – ну и, в общем-то, все. То есть никаких требований предметных, требований вот к этому виду деятельности по взысканию, которые касались бы персонала, устройству бизнес-процесса внутри самой этой организации        , требований к раскрытию информации – весь этот набор сегодня, к сожалению, не сформулирован, законодательно этот вопрос не урегулирован…

ДМИТРИЕВ: То есть как сам кредитор считает нужным эти взыскания произвести…

КЛИМОВ: Нет-нет-нет, не в этом дело. Ну, понятно, что есть Гражданский кодекс и Уголовный кодекс, и уж если на то пошло…

ДМИТРИЕВ: Есть то, на что можно ориентироваться.

КЛИМОВ: …Да, они не позволяют делать какие-то запредельные вещи. Но сама по себе деятельность по взысканию она довольно масштабна, существует большое количество компаний, которые этим занимаются профессионально. Более того, сегодня это высокотехнологичная деятельность. Потому что, как правило, это не, там, парни спортивного вида ездят по заемщикам… Хотя, конечно, такое бывает.

ДМИТРИЕВ: Бывает, да.

КЛИМОВ: Да-да-да. Это вот нецивилизованные форматы, и рынок от них сам старается избавиться. Но они, к сожалению, бывают. Сегодня это в основном технологичные компании, которые организуют соответствующий, там, дозвон. Но там отсутствие вот этого базового закона, который эту деятельность институционализирует, предъявляет к ней ряд таких вот требований, о которых я сказал, организация раскрытия информации, требования, возможно, к персоналу, еще к чему-то, и ставит эту деятельность под чей-то надзор… Потому что она сегодня неподнадзорна, нет специального органа, который осуществляет надзор за этими организациями. То есть нет какого-то открытого реестра…

ДМИТРИЕВ: Мы сейчас о коллекторских организациях говорим, да?

КЛИМОВ: Да, я говорю о деятельности по взысканию, если конкретно – о коллекторской деятельности. Сегодня этого, к сожалению, нет. И это предстоит делать. Сегодня, в общем, и сообщество, которое этим занимается, и депутаты, и в правительстве, насколько мне известно, в Минэкономики изменилась несколько позиция… вот сегодня такая работа начата, сегодня этот разговор пошел уже всерьез, что называется. И есть уже какие-то варианты законов, я думаю, что они достаточно широко в профессиональном сообществе будут обсуждаться. И я надеюсь, что вот такая законодательная инициатива, вот такой проект, ну, либо правительственный, либо, может быть, мы депутатскую инициативу сделаем, это будет в том или ином виде решено.

ДМИТРИЕВ: То есть я так понимаю, что до этого момента, до последних каких-то дней просто старались этого не замечать? То есть вроде есть, вроде нет…

КЛИМОВ: Ну, знаете, была такая позиция, что вроде как нет предмета для отдельного регулирования, поэтому…

ДМИТРИЕВ: Да, банки сами этим занимаются, это их проблема

КЛИМОВ: Да, банки занимаются, и если кому-то это передали, то это регулируется другими законами. Ну и, в конце концов, есть Гражданский и Уголовный кодексы.

ДМИТРИЕВ: И Уголовный кодекс, он все отрегулирует.

КЛИМОВ: Да. Но, наверное, это не очень правильно.

Вторая такая вещь, которая тоже сегодня, к сожалению, несмотря на усилия Общероссийского народного фронта, несмотря на, там, беспокойство довольно серьезных экспертов по этому поводу, несмотря на поручение Путина, которое было как раз по итогам обсуждения на форуме ОНФ, этот вопрос ускорить и решить: не принят и по-прежнему в первом чтении остался законопроект о… ну, так, для понимания, потому что он называется сложно – о банкротстве физических лиц. То есть это закон, который регулирует возможную процедуру в том случае, если уж совсем все пошло не так…

ДМИТРИЕВ: Да, вопрос не решается.

КЛИМОВ: …Да, и у человека все возможные процедуры по реструктуризации, порядок, как это нужно предпринять, какие-то меры, там, отсрочки всевозможные, переносы и так далее, продажа какого-то имущества – вот если все эти меры не дали результата, то, наверное, должен быть клапан, который позволяет объявить человека банкротом. Понятно, что это влечет за собой определенные ограничения в ближайшей как минимум деятельности.

ДМИТРИЕВ: Но главное, что это вопрос решает.

КЛИМОВ: Да, главное, что это вопрос решает, что человек не остается должен навсегда.

ДМИТРИЕВ: Совершенно верно.

КЛИМОВ: К сожалению, этот закон по-прежнему остается подвешенным. Ну, комментарии по этому поводу есть такие, что пока у нас не урегулирована ситуация со слиянием судов, нужно дождаться, пока там закончится процесс, а закончится он, как планируется, осенью этого года, и потом к компетенции судов тех или иных будем относить, соответственно, решение этих уже вопросов.

Лично я считаю, что это некие отговорки, потому что реформировать институты, которые с этим связаны, мы можем сколько угодно, но…

ДМИТРИЕВ: Да. И можно сделать параллельно, не обязательно последовательно.

КЛИМОВ: …Да, совершенно верно, но вот эта норма, как некий принцип, она должна быть.

ДМИТРИЕВ: Виктор Владимирович, спасибо, мы сейчас прервемся – рекламу послушаем на «Столице FM», а потом вернемся в студию.

ДМИТРИЕВ: Ну что ж, друзья, продолжаем наш эфир, «Сухой остаток» на «Столице FM». Сегодня мы говорим о том, что изменится в потребительском кредитовании с 1 июля, потому что именно 1 июля вступил в силу закон «О потребительском кредите (займе)».

Я напомню, прежде всего, сегодня в студии Виктор Климов, депутат Государственной Думы Российской Федерации, заместитель председателя комитета Государственной Думы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству. И для вас, уважаемые слушатели, я также хочу напомнить, телефон прямого эфира – 90-90-99-6 (код Москвы – 495), пожалуйста, звоните, задавайте свои вопросы Виктору Владимировичу.

Ну что ж, продолжим. Действительно, тема яркая, тема, наверное, для кого-то принципиально важная, тема банкротства физических лиц. Причем разговор-то на эту тему достаточно давно уже длится, но, вот видите…

КЛИМОВ: Да, разговор идет давно. Понятно опасение участников рынка, потому что закон о банкротстве, и это в том числе показывает международная практика, часто воспринимается гражданами как возможность не платить. И в этом смысле опасения участников совершенно понятны. И какие-то временные даже бывают… Вот на Украине была ситуация, насколько мне известно, когда там увеличивались невозвраты в связи с принятием закона. Но если закон нормальный, то это явления временные. И, в общем, в конечном итоге с точки зрения социальной стабильности, с точки зрения недопущения каких-то негативных проявлений… Ну, вы представляете себе, если, там, моногород, закредитованы граждане, и вдруг предприятие прекратило работу – и все эти кредиты подвисли, да?

ДМИТРИЕВ: Да, и что делать…

КЛИМОВ: Да, и вот с сегодняшнего дня они фактически остаются должны всю жизнь. Поэтому тема, конечно, очень важная. Но во всем мире эта процедура есть, ее обязательно нужно принимать, ее нужно нормировать, то есть нужно, чтобы она была совершенно четко прописана.     

Чтобы людям, которые слушают нас, было понятно, очень важные вещи… кроме всех этих сложных слов, отсрочка, там, реструктуризация, этот закон должен урегулировать такие понятные каждому человеку вещи – а что можно принудительно продавать, например? Вот если человек должен, вот если он не вернул какую-то сумму, то, во-первых, с какой суммы может начинаться процедура банкротства? Предположим, он должен 50 тысяч – этого уже достаточно, чтобы эту процедуру запускать? Или это все-таки достаточно небольшие деньги, ну, сопоставимые, там, со средней зарплатой в Российской Федерации, с теми деньгами, которые все равно нужно будет платить, там, управляющему, который будет это определять? Или это сумма, вот одна из версий была, составляет 500 тысяч? Но 500 тысяч, наверное…

ДМИТРИЕВ: Многовато.

КЛИМОВ: …Многовато, да, потому что для многих граждан, в общем-то, это деньги такие – запредельные, это стоимость, не знаю, дома где-то в районах.

ДМИТРИЕВ: И, кстати, ведь мы говорим о международной практике – а здесь очень сложно применить какой-то аналог, да?                        

КЛИМОВ: Очень сложно, да. Это нужно публично обсуждать и нужно понимать, к чему мы здесь привяжемся. Но очень важно определить… на мой взгляд, более даже важно, чем вот эту сумму, определить порядок процедур и сроки, то есть в течение какого срока предпринимаются усилия, чтобы с гражданина как-то все-таки получить эти деньги. Что может быть продано? Совершенно точно, что единственное жилье, наверное, не должно попадать вот в эту историю. Ну, за исключением случаев, наверное, когда она впрямую является залогом по какой-то вот там ипотеке, по еще чему-то, когда оно еще не собственность, а залог. А так, чтобы семьи, у которых была квартира, и они взяли кредит, там, на машину или на какую-то технику и вдруг в результате…

ДМИТРИЕВ: Да, остались еще и без жилья.

КЛИМОВ: …Да, остались проценты, долги, чего-то там наросло, и потом их загнали в ситуацию, когда сумма долга стала сопоставимой со стоимостью квартиры, и потом требуют эту квартиру к взысканию – вот этого, наверное, точно быть не должно, и здесь эти все процедуры должны быть урегулированы. И в разных форматах у нас руководитель Центрального банка Эльвира Набиуллина была не так давно на заседаниях Государственной Думы, этот вопрос поднимался, и она, в общем, тоже высказала свою позицию, что она за скорейшее принятие этого закона. Ну, его отсутствие не угрожает стабильности банковской системы…

ДМИТРИЕВ: Безусловно.

КЛИМОВ: …Но социально это очень важная тема.

ДМИТРИЕВ: То есть мы можем воспринимать этот закон как очередную защиту прав потребителей все-таки, да?

КЛИМОВ: Безусловно. Конечно, это защита, это возможность человеку, попавшему в эту ситуацию, все-таки, как-то пройдя эти сложные, неприятные процедуры с попыткой взыскания с него, тем не менее, через какое-то время все-таки начать все, что называется, с нуля.

ДМИТРИЕВ: Да, вопрос закрыт и…

КЛИМОВ: Да-да. Отчасти это очень хорошо, что сейчас этот процесс идет, закон о финансовом омбудсмене сейчас проходит в Государственной Думе первое чтение. Это вот тоже такой институт, который здесь сильно поможет заемщикам. Я надеюсь, что вот за осеннюю сессию его примут. Там много непростых вопросов. Потому как что такое омбудсмен? Это механизм обязательного досудебного рассмотрения спора заемщика и банка. Это механизм рассмотрения, который наделен, ну, в мире так устроено, такими полномочиями, что для банка, для кредитной организации его решение является окончательным, а заемщик в том случае, если он недоволен вынесенным решением, может его обжаловать в суде. То есть вот такой несимметричный механизм, и это, общем-то, тоже инструмент, который защищает граждан в соответствующих ситуациях. Понятно, что там будут ограничения и по сумме, до которой это может быть рассмотрено, понятно, что это должно быть очень серьезно интегрировано и с банковским сообществом, да?

ДМИТРИЕВ: Конечно.

КЛИМОВ: То есть там должны быть участники, которые регулируют эту деятельность, такие, как, ну, не знаю, совет директоров, который вот… и представители регулятора, Центрального банка, и так далее. То есть это должен быть такой вот орган, который позволит этот инструмент запустить. Потому что, действительно, суды завалены какими-то мелкими вопросами, их нужно разгружать и гражданам нужно упрощать вот эту вот возможность.

ДМИТРИЕВ: Мы говорили о том, что со вчерашнего дня вступил в силу закон о потребительском кредитовании. А как банки на это отреагировали, очень интересно? Сегодня уже 2 июля, и, по существу…

КЛИМОВ: Честно сказать, конечно, вы правы, сегодня 2 июля, и, в общем-то, сегодня уже закон действует.

ДМИТРИЕВ: Да, новая жизнь уже началась.

КЛИМОВ: Точно. Ну, для того чтобы сделать полноценный мониторинг за сегодняшний и вчерашний день – наверное, это не очень возможно. Но мы посмотрели проект в пользу прав заемщиков, мы посмотрели, ну, то, что, как говорится, на поверхности: посмотрели, что у банков изменилось на сайтах, какие вывешены там оферты, условия, что там прописано. И, честно говоря, ощущение о состоянии на 2 июля такое: fifty-fifty… А, ну, неправильно так говорить: вчера у нас в Государственной Думе была большая дискуссия, что нельзя иностранные слова… То есть пятьдесят на пятьдесят.

ДМИТРИЕВ: Готовимся уже, да? Тренируемся.

КЛИМОВ: Да-да. Но я думаю, что не примем…

ДМИТРИЕВ: То есть вы тоже принимаете участие в процессе?

КЛИМОВ: Да. И мне кажется, что таким способом нельзя защитить язык.

ДМИТРИЕВ: Чересчур уже, конечно.

КЛИМОВ: Да, это немножко так – демагогия.

Значит, примерно пятьдесят на пятьдесят. В том смысле, что часть банков действительно… и это видно, что действительно есть вот эта вот оферта, в которой общие условия, четко регламентированные законом, они представлены, они соответствуют и по срокам, и по вопросам просрочек – ну, все, в общем, и оно четко совершенно соответствует закону. И это вывешено, это сделано.

Есть банки, которые просто убрали эти вот…

ДМИТРИЕВ: Никаких предложений пока нет у них, да?

КЛИМОВ: Ну, они их убрали с сайта. Я так понимаю, что предложения получает конкретный клиент, который непосредственно…

ДМИТРИЕВ: Который в офис попадает, да.

КЛИМОВ: Непосредственно в офисе, да. А на сайте посмотреть не удалось. Есть банки, в отношении которых по косвенным признакам можно сделать вывод, что не изменилось ничего. Например, там, просрочка: она не соответствует сегодня закону, там описано, что это не так.

Поэтому пока предварительный вывод такой, что 1 июля наступило неожиданно.

ДМИТРИЕВ: Да, для некоторых.

КЛИМОВ: Для многих.

ДМИТРИЕВ: Кстати, а нерадивые исполнители норм законодательства они уже попадают сейчас? Их можно уже оштрафовать, наверное, да?

КЛИМОВ: Они сегодня уже не соответствуют закону, и, я думаю, надзор, Центральный банк, эти моменты мониторит и будет принимать соответствующие меры. Ну, сперва в виде каких-то предупреждений, предписаний и всего остального, а дальше будет отслеживаться, как все станут последовательно исправляться. Потому что, мне кажется, это не та тема, из-за которой будут какие-то серьезные проблемы возникать. Но, тем не менее, следить за этим нужно.

На мой взгляд, очень важен и общественный мониторинг. То есть то, что сегодня мы делаем в рамках Общероссийского народного фронта, проект «За права заемщиков», как раз этот мониторинг. Ну, запустили его еще полгода назад еще, чтобы посмотреть ситуацию в рамках того законодательства, действовавшего, и как идет подготовка. Но сейчас мы его, безусловно, продолжим, и, я думаю, какие-то результаты будут понятны, выводы какие-то можно будет делать через пару месяцев. И мы уже, наверное, сможем представить какие-то цифры, а, возможно, и какие-то написать запросы, если вдруг обнаружим какие-то нарушения.

ДМИТРИЕВ: Совершенно верно.

КЛИМОВ: На сайте Общероссийского народного фронта мы открыли некую виртуальную приемную. То есть гражданин может нам пожаловаться на любую организацию, которая выдает деньги, банк ли это, микрофинансовая организация или непонятная организация, но которая чего-то там с деньгами делает.

ДМИТРИЕВ: Кстати, тема-то горячая, и мы с вами ее тоже обсуждали уже: по поводу непонятных организаций.

КЛИМОВ: Да, это очень важно, очень хорошо, что вы напомнили. Действительно, у нас разговор был об этом.

Кроме всего прочего, новые законы, которые приняты, делают эту деятельность по кредитованию, скажем так, исключительной. То есть, если «перевести» на русский язык, заниматься… ну, банки и так не могли работать без лицензии, кредитные организации, а вот микрофинансовые организации – у них была ситуация добровольная в определенном смысле. Вот сейчас заниматься деятельностью по выдаче займов и ссуд на регулярной основе на основании только положений Гражданского кодекса прямо запрещено. То есть организация по-прежнему может дать денег взаймы, права юридического лица никто в этом смысле не ограничивает. И бывает разовая ситуация, когда кому-то, не знаю, физическому лицу, юридическому лицу…

ДМИТРИЕВ: Причем любая организация.

КЛИМОВ: …Гражданский кодекс позволяет дать займ, это не проблема. Но если это происходит чаще, чем четыре раза в год, то это становится профессиональной деятельностью, осуществление которой запрещено без включения в соответствующий реестр. А включение в реестр подразумевает, что организация подпадает под надзор Центрального банка и соответствует определенным требованиям.

То есть вот эта деятельность стала абсолютно регулируемой. И вот то некоторое количество участников рынка, которое содержится в нашем обзоре, вы его сейчас вспомнили, участники рынка, занимавшиеся этой деятельностью, выдачей таких займов, там, до зарплаты… Ну, как правило, на столбах, да?

ДМИТРИЕВ: Да, да.

КЛИМОВ: Это вот история такая совсем такого рынка… Так вот, они должны либо попасть в реестр и пройти соответствующую процедуру в Центральном банке, получить соответствующее разрешение на деятельность, либо прекратить эту деятельность. И по следам того обзора мы планируем через какое-то время, ну, не 2 июля, а может быть, через месяц, пройтись еще раз и посмотреть вот те организации, которые у нас работали без реестра, что с ними стало. В том случае если будет обнаружено, что организация по-прежнему предлагает выдачу займов и по-прежнему отсутствует в реестре, это будет уже нарушением закона. То есть это уже предмет для реагирования не просто надзорного органа, но и правоохранительного.

Поэтому мы вот такой мониторинг организовываем, и я думаю, что это будет большая помощь и регуляторам, и гражданам.

ДМИТРИЕВ: Кстати, да, если мы поговорим сейчас о гражданах, то, действительно, как показывает уже и вступивший в силу закон, государство в какой-то степени обеспокоено, ну, скажем так, малой финансовой грамотностью населения, да? Ведь в конечном итоге, тем более, если уж говорить о микрофинансовых организациях, люди, и мы об этом тоже с вами говорили, порой не понимают элементарных вещей, с которыми они сталкиваются в данный конкретный момент. Как тут быть? Я думаю, простого регулирования этой отрасли бизнеса недостаточно – как-то еще необходимо, видимо, самим потребителям рассказывать об этом, да?

КЛИМОВ: В какие-то быстрые, короткие сроки изменить вот это состояние, изменить грамотность, изменить правосознание… Потому что это ведь не только вопрос знаний – это вопрос, ну, некой позиции, что ли, о том, готов человек в этом разбираться…

ДМИТРИЕВ: Да, вопрос отношения.

КЛИМОВ: …Да-да-да, считает ли он это жизненно важным и необходимым. Здесь можно говорить о том, что, ну, усилия такие, во-первых, прилагаются разными структурами, в том числе это и Министерство финансов, и Центральный банк, у которых есть соответствующие программы. То есть этот процесс происходит. И некоммерческие организации в этом активно участвуют. И наши обзоры, публикуемые материалы, в том числе, направлены на решение этой просветительской задачи: чтобы люди узнавали как минимум что можно делать, что нельзя, о чем они обязательно должны знать, когда они идут в какую-то кредитную организацию. Но горизонт каких-то заметных результатов, которые мы сможем констатировать, он, наверное, все-таки отсроченный достаточно. Это даже не 3-5 лет, а скорее ближе к десятилетнему промежутку. То есть усилия могут дать какие-то заметные статистические изменения в поведении граждан – это такая тема очень… Да, это нужно делать, это делается, но ожидать, что завтра все…

ДМИТРИЕВ: Ну да.                     

КЛИМОВ: …К сожалению, не приходится.

ДМИТРИЕВ: Действительно, если мы говорим о поведении, об отношении, то это, наверное, проблема на уровне ментальном уже, да? То есть необходимо, чтобы, как говорили раньше, ну, если не поколение, то, по крайней мере, какая-то взрослая его часть сменилась, чтобы прожила какой-то свой отрезок жизни вот в это ситуации, когда обращаешься к кредитной организации, получаешь не всегда комфортный какой-то результат, об этом говоришь, передаешь это своим детям или, там, близким, и возникает некое понимание, что все это не так просто.

КЛИМОВ: Ну, безусловно, это меняется. По сравнению с тем, какие безумные совершенно отношения, вот эти вот занял, отдал с процентами были в девяностые годы…

ДМИТРИЕВ: Да-да, конечно.

КЛИМОВ: …По сравнению с тем, что тогда творилось, сейчас-то, конечно…

ДМИТРИЕВ: Уже цивилизация наступила.

КЛИМОВ: ...Да, цивилизация, и каждый гражданин, который идет в банк, знает, что такое справка 2-НДФЛ и так далее, и он уже практически профессор по сравнению с тем уровнем.

Я бы, знаете, наверное, еще одну важную тему затронул, которая, на мой взгляд, проблемная.

ДМИТРИЕВ: Виктор, я прошу прощения, мы просто не успеем ее обсудить, у нас закончилось время.

КЛИМОВ: А, о’кей. 

ДМИТРИЕВ: Но я надеюсь, что мы еще обязательно встретимся с вами в этой студии.

КЛИМОВ: Давайте, да, встретимся еще раз и обсудим.

ДМИТРИЕВ: Виктор Климов, депутат Государственной Думы Российской Федерации, заместитель председателя комитета Государственной Думы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству, сегодня в «Сухом остатке».

Спасибо огромное!

КЛИМОВ: Спасибо вам.

ДМИТРИЕВ: Всего вам хорошего, до свидания.

КЛИМОВ: Всего доброго!